Пятилетняя англичанка Верина Гринвей «говорит и читает по-английски, по-французски и по-итальянски. Она пишет так же хорошо, как и десятилетние дети, и не делает при этом грамматических ошибок… По арифметике она знает наперед за три класса. Она плавает, играет на пианино, катается на коньках и танцует…». Мать девочки убеждена, что «большинство детей могут быть такими, как и ее дочь», если родители создадут определенные условия. Но если жизнь ребенка сведена к убогости биологического существования (накормлен, напоен, уложен спать), то в таких условиях замедляется его эмоциональное и интеллектуальное развитие.

Современные исследования на молекулярном уровне (эксперименты шведского нейробиолога Хидена) подтверждают, что мозг на ранних стадиях своего развития требует не только соответствующего питания, но и стимуляции. Если нейроны лишены стимулирующей «учебной» среды, они уже не могут формировать богатую сеть волокнистых соединений мозга, становятся, образно говоря, пустыми мешками и в конце концов атрофируются. Лишив ребенка своевременного и полноценного воспитания и обучения в младенческом и дошкольном детстве, мы тем самым обрекаем его на громадные затраты сил и времени на развитие способностей в будущем.

Итак, первое условие успешного развития способностей — раннее начало. Но как «нащупать», где лежит тот оптимальный срок, то самое наилучшее время начала развития, когда совершенствование идет и легко, и быстро, и наиболее продуктивно для будущего? Это определить тем более трудно, что, по-видимому, существует целый ряд индивидуальных отклонений в ту или другую сторону. Как же быть? Интересно, что ни у кого не возникает подобного вопроса, когда учат ребенка говорить. Никто не задумывается, пора или не пора начинать говорить с ним. Просто говорят — со дня его рождения, когда он еще и не воспринимает, кажется, ничего. Проходит 5, 10 месяцев, наступает момент — произнесено первое слово! Условия для того, чтобы это произошло, были обеспечены заранее, они опережали развитие речи, стимулировали его и были уже готовы к моменту созревания соответствующих мозговых структур.